О пользе чтения...
Feb. 10th, 2008 10:47 pmЯ на днях перечла "Трепанацию черепа" Гандлевского. И почти дочитала <НРЗБ>.
Очень удивилась. Дело в том, что в первый раз читала эту "тарабарщину с медицинским названием" года три-четыре назад, поступая на работу в первую свою школу. Впечатлилась до крайности, обревелась, размышляла изо всех сил. Поругалась с лучшим другом, пытаясь доказать ему, что Гандлевский подлинно религиозен, не зря же столь пронзительный финал в книге, прямо настоящая молитва. Друг возмущался, утверждал, что данная книга написана по своим литературным принципам, а убеждения лирического героя не имеют ничего общего с воззрениями самого Сергея Марковича.
И вот перечитала.
Знаете что, похоже, либо хорошие книги следует перечитывать, по крайней мере, раз в два года, либо не следует допускать себя до хорошей литературы, пока не освоишь полностью курс истории, философии, не будешь с завязанными глазами ориентироваться в Москве и Питере, а также более-менее представлять себе топографию крупных российских городов. Также надо иметь серьёзный багаж поэзии, русской классической и зарубежной современной литературы, не худо бы разбираться в искусстве изобразительном и прочей скульптуре, не пропускать театральных премьер... Я ничего не забыла?
Иными словами масштаб того, что я проворонила при первом прочтении Букеровского лауреата совершенно невообразим.
Цитата из любимого стихотворения Айзенберга просто убила. Я ведь три года назад и знать не знала, что Айзенберг будет одним из моих любимых поэтов. И имени-то толком не слыхивала...
Но вопрос меня мучит другой, не сколько собственное литературное невежество удручает, сколько хочется понять, почему мне так близка манера изъясняться Гандлевского, Левитина и Анчарова (к вопросу о прозаиках), и не нахожу я такой "вкусности" и такой "за душу меня берущей сущности" у "классиков", ну, к примеру, хотя бы и у Льва Толстого. И даже у Пушкина, который мне всяко ближе, как прозаик, чем как поэт (увы мне необразованной). (Да, кстати, ещё такой же притягательностью обладают для меня Коваль, Клайв Льюис и Честертон).
Это я дитя постмодерна или всё дело в невоспитанности?
Очень удивилась. Дело в том, что в первый раз читала эту "тарабарщину с медицинским названием" года три-четыре назад, поступая на работу в первую свою школу. Впечатлилась до крайности, обревелась, размышляла изо всех сил. Поругалась с лучшим другом, пытаясь доказать ему, что Гандлевский подлинно религиозен, не зря же столь пронзительный финал в книге, прямо настоящая молитва. Друг возмущался, утверждал, что данная книга написана по своим литературным принципам, а убеждения лирического героя не имеют ничего общего с воззрениями самого Сергея Марковича.
И вот перечитала.
Знаете что, похоже, либо хорошие книги следует перечитывать, по крайней мере, раз в два года, либо не следует допускать себя до хорошей литературы, пока не освоишь полностью курс истории, философии, не будешь с завязанными глазами ориентироваться в Москве и Питере, а также более-менее представлять себе топографию крупных российских городов. Также надо иметь серьёзный багаж поэзии, русской классической и зарубежной современной литературы, не худо бы разбираться в искусстве изобразительном и прочей скульптуре, не пропускать театральных премьер... Я ничего не забыла?
Иными словами масштаб того, что я проворонила при первом прочтении Букеровского лауреата совершенно невообразим.
Цитата из любимого стихотворения Айзенберга просто убила. Я ведь три года назад и знать не знала, что Айзенберг будет одним из моих любимых поэтов. И имени-то толком не слыхивала...
Но вопрос меня мучит другой, не сколько собственное литературное невежество удручает, сколько хочется понять, почему мне так близка манера изъясняться Гандлевского, Левитина и Анчарова (к вопросу о прозаиках), и не нахожу я такой "вкусности" и такой "за душу меня берущей сущности" у "классиков", ну, к примеру, хотя бы и у Льва Толстого. И даже у Пушкина, который мне всяко ближе, как прозаик, чем как поэт (увы мне необразованной). (Да, кстати, ещё такой же притягательностью обладают для меня Коваль, Клайв Льюис и Честертон).
Это я дитя постмодерна или всё дело в невоспитанности?
no subject
Date: 2008-02-10 08:30 pm (UTC)no subject
Date: 2008-02-10 09:49 pm (UTC)no subject
Date: 2008-02-10 10:46 pm (UTC)no subject
Date: 2008-02-10 09:00 pm (UTC)no subject
Date: 2008-02-10 09:50 pm (UTC)no subject
Date: 2008-02-10 09:12 pm (UTC)no subject
Date: 2008-02-10 09:50 pm (UTC)no subject
Date: 2008-02-10 09:16 pm (UTC)no subject
Date: 2008-02-10 09:50 pm (UTC)no subject
Date: 2008-02-10 09:57 pm (UTC)no subject
Date: 2008-02-11 10:55 am (UTC)no subject
Date: 2008-02-11 04:47 pm (UTC)no subject
Date: 2008-02-11 06:08 pm (UTC)no subject
Date: 2008-02-10 11:05 pm (UTC)no subject
Date: 2008-02-11 10:56 am (UTC)no subject
Date: 2008-02-11 06:52 am (UTC)Ты привыкла к современной поэзии, которая отличается сложностью формы, навороченностью образов, обязательным наличием второго, третьего дополнительных скрытых смыслов.
Есть даже такое крайнее, на мой взляд, современное воззрение, что только то искусство, что воспринимается с трудом, что требует от тебя нарпяжения большого мозгового и прочего, когда ты при просмотре-прочтении и, конечно, после много специально думаешь, а что же того хотел сказать автор, когда в каждой мелочи ищешь глубокий философский смысл, потому что считаешь, что он там быть обязан, иначе эту мелочь можно было бы выкинуть.
Еще, например, мы видим в современной поэзии много реминисценций, отсылок, намёков. Как раз часто к Пушкину, Лермонтову или современным поэтам близким по духу и стилю к классикам: Окуджаве, Самойлову, Левитанскому.
(Показатель начитанности автора для современного читателя)
Но у Пушкина таких приемов тоже очень много, просто отсылает он нас к Вязмескому, Батюшкову, Жуковскому, Баратынскому, Денису Давыдову, и многих скрытых цитат и "фишек" мы не замечаем.
А вот про прозу, соглашусь со сказанным выше: тут язык ближе к нам, современее, и при этом он не навороченный, он тоже человеческий, и при этом у части
перечисленных тобой авторов(прозу Гандлевского не читала, судить не могу) ещё и очень "вкусный" и красивый.
Касательного Толстого: многие жалуются, что у него тяжёлый, квардатный язык. Я этого не замечала никогда, наверное, потому, что читала его не языка ради, мне очень интересно время про которое он пишет, характеры и т. п. Я первом классе книгу "Лев Толстой детям", особенно "Кавказского пленника" почти до дыр зачитала - заперечитывала. И "Войну" и "Анну" потом.
no subject
Date: 2008-02-11 08:05 am (UTC)Речь всего лишь о том, что а) в хорошем тексте не должно быть случайного (понятное дело, речь здесь скорее о "малых формах", в "В&М" на всю катушку это едва ли возможно) б)понятие искусства граничит с понятием метафоры, а, следовательно, механизм восприятия здесь работает не буквальный, а многослойный. Речь не идет о специальном, насильственном размы-измышлении, а о естественном восприятии метафоры. Она _так_ работает.
no subject
Date: 2008-02-11 08:31 am (UTC)Я просто несколько раз слышала или читала именно такую утрированную точку зрения (у тебя она действительно натуральна и совесм не столь категорична, ты так воспринимаешь) от разных людей.
Что случайного быть не должно в малых формах абсолютно согласна.
Точнее это идел - когда нет случайного. Такая вещь всегда радует вдвойне.
И механизм восприятия конечно многослойный, хотя я считаю буквальное восприяние ничуть не хуже многослойного, просто в некоторых случаях работает только буквальное, в некоторых только многослойное, а чаще и то и другое.
no subject
Date: 2008-02-11 11:02 am (UTC)А по поводу отсылок к Батюшкову... Получается всё же невежество? Так вроде меня никто ещё конкретно в невежестве не обвинил.
Получается, что контекст времени вообще невосстановим? Только для пристального и очень влюблённого взгляда? И тогда каждый восстанавливает свой контекст. Но беда в том, что я не могу восстанавливать контекст Толстого, потому что он не захватывает меня, а Левитин как захватил единожды, так я и расплету дальше и старые театры и прежних режиссёров, и тех людей двадцатых годов.
no subject
Date: 2008-02-11 03:43 pm (UTC)Поэтому слово невежество, мне кажется, не корректно.
Есть времена, эпохи, которые тебя интересуют, о них ты знаешь больше, и контекст восстанавливаешь лучше. Это естетсвенно.
А невлюблённому взгляду многое не важно.
Я тут недавно читала фанфик по Шерлока Холмса.
Автор - человек увлекающийся одновременно и Конан-Дойлем и Киплингом. Причем в индийским творчеством Киплинга, в частости, "Кимом". Я читала, видела множество отсылок к оригинальному Холмсу, к английским деталям, и достаточно вскользь воспринимала все индийско-тибетские реалии. Потом эту книгу у меня взял почитать человек, некоторое время живший в Индии. После прочтения он мне взахлёб рассказывал о конкретных точных деталаях, подмеченных особенностях и т.п. (Это упрощённый пример)
no subject
Date: 2008-02-11 07:27 am (UTC)Во-первых, все-таки язык. Речь позапрошлого века при всем своем великолепии утрачивает компонент личного обращения: изменилась стилистика, сместились некоторые понятийные акценты, ушел контекст - в результате нет того личностного контакта, который всегда возникает между современниками. Чтение русской классики сейчас по причинам объективным - занятие несколько филологическое, читатель не непосредственно воспринимает мысли и эмоции классика, ему нужно сделать дополнительное усилие для того, чтобы адаптировать язык XIX-го века к современным способам выражения мыслей и эмоций.
Во-вторых, если для современника Пушкин был собеседником, то для нас он классик, слегка побронзовевший и вообще "наше все". И как бы мы не стремились отвлечься от этого, у нас не получится: мы всегда будем подходить к классикам, мня "что этот идол - дока по любым вопросам". Не получая ожидаемого, мы принимаемся пинать классика и сбрасывать его с какого-то там парохода, но это действие - низвержение монумента, свержение авторитета - все равно подчеркивает изначальное неравенство. С более-менее современниками и пока не классиками этого не происходит.
В-третьих, в современном тексте присутствие автора проявляется в намного большей степени, чем у классиков. Коваль и Гандлевский (если уж говорить именно о "Трепанации черепа") пишут от первого лица, автор становится непосредственным участником действия. У Анчарова автор как некое "я" не виден, но все понимают, что Гошка Памфилий и Сапожников - это прообразы самого Анчарова, часто даже биографические нюансы совпадают, а уж про мысли и характеры можно и не говорить. Это привлекает, сокращает дистанцию. Лев наш Николаевич тоже пытается поприсутствовать в тексте, но не как герой, а как ментор, голос за кадром, демиург - существо, стоящее относительно персонажа на высшей ступени. Анчаров и Коваль - простые ребята, которым нравственное чувство и здравый смысл позволяют ориентироваться в самых сложных ситуациях и материях. Толстому такие люди импонируют, но сам он весь из себя очень не простой и не пытается этого скрывать. Коваль и Анчаров, по сути, говорят: делай как я (или как персонаж, который, в сущности, тоже я)! Тостой говорит: делай, как Платон Каратаев, а поскольку мне и самому не очень верится, что Каратаевы бывают в реальности, то я тебе сейчас очень сложно и длинно объясню, почему важно, чтобы ты делал именно так.
Кстати, Пушкин, как мне кажется, ближе к Ковалю с Анчаровым, чем к Толстому. Интересно также, какое место в этой (твоей, Яна) иерархии занимают Чехов, Платонов и Гроссман.
no subject
Date: 2008-02-11 11:05 am (UTC)Чехова не перечитывала со школьной скамьи, по той же причине, что и Толстого. А вот Достоевского, кстати, перечитывала, но ради идеи, не ради языка или разговора.
Платонова пыталась читать лет в двадцать. Прочитала. Воздействия не вышло. То есть я умом понимаю, что это важно и он велик, а вот сердцем...
А Гроссмана, к стыду своему, не читала.
Всё.
Всех перечту и отчитаюсь.
Плюс мне ещё велели читать Пруста.
Обязуюсь!
no subject
Date: 2008-02-11 08:09 am (UTC)no subject
Date: 2008-02-11 11:06 am (UTC)no subject
Date: 2008-02-11 09:25 am (UTC)не в состоянии, Ян, анализировать- 1-е,2-е, и т.д., но скажу тебе только, что была приятно поражена,прочитав ТВОЁ ТО, в чем очень много лет назад, могла признаться лишь себе, прочитав с небольшим отрывом во времени "Крейцерову сонату" и "Путешествие дилетантов". А АлексанСергеич совсем недавно утишал( не ошиблась, именно не УТЕШАЛ) мою боль:))
no subject
Date: 2008-02-11 11:08 am (UTC)no subject
Date: 2008-02-11 09:29 am (UTC)Опять же, литературное окружение Гендлевского ты активно изучаешь, а литературное окружение Пушкина, видимо, не так активно, поэтому отсылки второго тоже ловятся не все. (Кстати, не факт, что Гандлевский временами не отсылает туда же.)
Кроме того, ты любишь сказки, а Толстой сказочник своеобразный, отличающийся от Коваля и Льюиса.
Присоединюсь к вопросу изера kolomensky по поводу Чехова и Платонова, от себя добавив Лескова и Шолохова... и, пожалуй, Фицджеральда.
no subject
Date: 2008-02-11 11:08 am (UTC)Не очень люблю Шолохова. Чиатал, но перечитывать не тянет. Наверное, пора бы.
А с Фицджеральдом зависла. Он что написал? Просвети меня, тёмную! Впрочем, вечером сама, конечно, в Яндекс залезу... Сейчас я в школе, времени нету.
no subject
Date: 2008-02-11 11:45 am (UTC)Янка, не переживай! "...Ведь всего же знать невозможно".
Работать над собой, конечно, надо. Но всё-таки, мне кажется, то, что интересно и волнует, читать надо чаще, чем то, что подобной пищи даёт меньше.
no subject
Date: 2008-02-11 06:08 pm (UTC)Но я буду работать!
no subject
Date: 2008-02-11 04:49 pm (UTC)no subject
Date: 2008-02-11 06:07 pm (UTC)Философские книги
Date: 2008-07-27 06:47 am (UTC)