(no subject)
Nov. 21st, 2006 09:19 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
dark_aioВ воскресенье ходила в "Современник" на "Крутой маршрут".
Евгению Семёновну Гинзбург играла Марина Неелова.
Я была потрясена.
Потрясена, как ей удаётся передать какие-то мельчайшие детальки поведения человека, мир которого только что рухнул. Человека, обнаружившего, что жизнь построена на обмане и страхе, а отнюдь не на свободе, равенстве и братстве.
Мне кажется, такой и была Евгения Семёновна. Так же старлась сохранить человеческое достоинство в нечеловеческих условиях, так же пугалась и терялась, когда следователи унижали её, орали на неё.
У меня были порой нестыковки по ходу действия, были моменты, когда я выпадала из действия, понимала, что то, что сейчас происходит на сцене, оправдано только тем, что героиням надо объяснить непростую судьбу русского народа, причём не подругам по несчастью, по заключению, по этапу, а зрителям, и даже довольно далёким от контекста тех времён зрителям.
А потом я забывала об этом подозрении и начинала переживать и плакать.
Там был эпизод, который вызвал в зале хохот и апплодисменты в такт музыке, озвучившей эпизод. А для меня он был самым страшным.
Тогда я, наверное, впервые начала реветь и уж проревела до финала.
Немка Карола, бежавшая из гестапо, чтобы угодить в НКВД, рассказывает сокамерницам сюжет фильма, где снималась. Рассказывает по-немецки, иногда переходя на ломаный русский, переводит Милда, которая через несколько минут повесится в углу камеры. Заканчивая рассказ, Карола вдруг убегает вглубь сцены, скрывается за нарами, подаёт оттуда реплики, а потом выбегает в своём бальном платье (её и её подругу арестовали на каком-то приёме, переодеться так и не дали) и начинает плясать под "Кукарачу". Женщины напевают и отбивают ритм кружками.
Зал хохочет и хлопает в такт.
Потом хохочущая Карола угасает и валится на пол то ли смеясь, то ли уже рыдая. Старенькая бабуля, тоже осуждённая, как троцкистка-террористка, подходит к ней и набрасывает на её голову и обнажённые плечи драный платок.
Потом Евгения укутывает Каролу этим платком.
Этот пир во время чумы был страшен.
И страшна была Милда, которая сначала осуждала тех, кто всё подписывал от страха или по убеждениям, потом она сама сломалась под пытками и всё подписала. Потом ровным очень спокойным голосом переводило рассказ Каролы, и тут же через считанные минуты повесилась. Похоже с той же расчётливой невозмутимостью с какой только что переводила про чужие страсти.
Когда спектакль кончился на поклоны актриса, игравшая Милду, не вышла.
А фойе было оформлено передовицами из газет соответствующего времени. После круга по фойе начинало тошнить от ужаса.
Над головами плыли кумачовые ленты.
"Неужели и с берега Леты, мы увидим, как в звёздный простор поплывут кумачовые ленты"...
И стоял бронзовый Сталин.
И висели по обе стороны от него портреты соответствующих лиц.
А когда мы вывалились из зала после окончания спектакля ничего уже не было.
Было оформление - убрали оформление.
Время ушло? Не вернётся?
Короче, я бы в приказном порядке водила на этот спектакль старшеклассников. В старших классах, помнится, положено читать "Один день Ивана Денисовича"...
Посмотреть, как ломают людей тоже полезно. И как люди не ломаются - тем более.
Евгению Семёновну Гинзбург играла Марина Неелова.
Я была потрясена.
Потрясена, как ей удаётся передать какие-то мельчайшие детальки поведения человека, мир которого только что рухнул. Человека, обнаружившего, что жизнь построена на обмане и страхе, а отнюдь не на свободе, равенстве и братстве.
Мне кажется, такой и была Евгения Семёновна. Так же старлась сохранить человеческое достоинство в нечеловеческих условиях, так же пугалась и терялась, когда следователи унижали её, орали на неё.
У меня были порой нестыковки по ходу действия, были моменты, когда я выпадала из действия, понимала, что то, что сейчас происходит на сцене, оправдано только тем, что героиням надо объяснить непростую судьбу русского народа, причём не подругам по несчастью, по заключению, по этапу, а зрителям, и даже довольно далёким от контекста тех времён зрителям.
А потом я забывала об этом подозрении и начинала переживать и плакать.
Там был эпизод, который вызвал в зале хохот и апплодисменты в такт музыке, озвучившей эпизод. А для меня он был самым страшным.
Тогда я, наверное, впервые начала реветь и уж проревела до финала.
Немка Карола, бежавшая из гестапо, чтобы угодить в НКВД, рассказывает сокамерницам сюжет фильма, где снималась. Рассказывает по-немецки, иногда переходя на ломаный русский, переводит Милда, которая через несколько минут повесится в углу камеры. Заканчивая рассказ, Карола вдруг убегает вглубь сцены, скрывается за нарами, подаёт оттуда реплики, а потом выбегает в своём бальном платье (её и её подругу арестовали на каком-то приёме, переодеться так и не дали) и начинает плясать под "Кукарачу". Женщины напевают и отбивают ритм кружками.
Зал хохочет и хлопает в такт.
Потом хохочущая Карола угасает и валится на пол то ли смеясь, то ли уже рыдая. Старенькая бабуля, тоже осуждённая, как троцкистка-террористка, подходит к ней и набрасывает на её голову и обнажённые плечи драный платок.
Потом Евгения укутывает Каролу этим платком.
Этот пир во время чумы был страшен.
И страшна была Милда, которая сначала осуждала тех, кто всё подписывал от страха или по убеждениям, потом она сама сломалась под пытками и всё подписала. Потом ровным очень спокойным голосом переводило рассказ Каролы, и тут же через считанные минуты повесилась. Похоже с той же расчётливой невозмутимостью с какой только что переводила про чужие страсти.
Когда спектакль кончился на поклоны актриса, игравшая Милду, не вышла.
А фойе было оформлено передовицами из газет соответствующего времени. После круга по фойе начинало тошнить от ужаса.
Над головами плыли кумачовые ленты.
"Неужели и с берега Леты, мы увидим, как в звёздный простор поплывут кумачовые ленты"...
И стоял бронзовый Сталин.
И висели по обе стороны от него портреты соответствующих лиц.
А когда мы вывалились из зала после окончания спектакля ничего уже не было.
Было оформление - убрали оформление.
Время ушло? Не вернётся?
Короче, я бы в приказном порядке водила на этот спектакль старшеклассников. В старших классах, помнится, положено читать "Один день Ивана Денисовича"...
Посмотреть, как ломают людей тоже полезно. И как люди не ломаются - тем более.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2006-11-21 09:58 pm (UTC)no subject
Date: 2006-11-21 10:00 pm (UTC)читал где-то
no subject
Date: 2006-11-23 08:18 pm (UTC)Я сначала прочла "Крутой маршрут".
А потом уже меня позвали смотреть спектакль.
no subject
Date: 2006-11-22 03:44 am (UTC)Хотя знать о том времени детишкам, конечно, не мешает....
P.S.
Когда-то смотрела по телевизору передачу об этом спектакле, там рассказывалось, что ставить спектакль помогала женщина, сама сидевшая в сталинских лагерях и вроде говорилось, что она кого-то играла...
no subject
Date: 2006-11-23 08:20 pm (UTC)no subject
Date: 2006-11-22 05:34 am (UTC)no subject
Date: 2006-11-23 08:21 pm (UTC)Но...
Они очень точно всё сделали.
no subject
Date: 2006-11-22 09:19 am (UTC)Женщину эту звали Паулина Степановна Мясникова. Она действительно играла - выходила на сцену в роли одной из зэков в камере. Сейчас уже нет. О ней очень нежно говорила Галина Борисовна Волчек.
no subject
Date: 2006-12-11 08:27 am (UTC)no subject
Date: 2006-12-11 01:22 pm (UTC)no subject
Date: 2006-11-22 12:01 pm (UTC)Вот это ужас...
no subject
Date: 2006-11-23 08:23 pm (UTC)Даже и не знаю, как к этому отнестись.
И правда ужас.
no subject
Date: 2006-11-22 12:02 pm (UTC)no subject
Date: 2006-11-22 05:37 pm (UTC)Фото все в сети по этому Имени-Фамилии попались какие-то маленькие, вроде похожа, но точно не уверена...
no subject
Date: 2006-11-23 09:36 am (UTC)no subject
Date: 2006-11-23 08:24 pm (UTC)Страна будет знать своих героев!
no subject
Date: 2006-11-22 07:21 pm (UTC)no subject
Date: 2006-11-23 08:24 pm (UTC)no subject
Date: 2006-11-23 12:36 pm (UTC)Я помню, приносил ещё в Текстильщики последнюю фотографию моего пра-пра-пра-деда Николая Владимировича Сладкова, фото было сделано перед расстрелом.
Расстреляли его как Английского шпиона, поводом было то, что он вернулся из Англии куда ездил в командировку. Его сын Артемий Николаевич Сладков преподавал на Биологическом факультете МГУ, ещё в то время когда там учился АН.
no subject
Date: 2006-11-23 08:25 pm (UTC)no subject
Date: 2006-11-24 01:54 pm (UTC)Его расстреляли в 1936\37 году летом. Известна точная дата, но я её не помню. Вся эта история лучше известна, я думаю Ольге Блинкиной, она в архиве Мемориала работает там, есть информация по всем репрессированным.
А из писателей у меня родственник только Колпаков Михаил Леонидович. Двоюродный дедушка :-)